[Интервью] Шин Сон Рок и Чхве Джэ Рим: поглощены «Джекиллом и Хайдом»

О работе над мюзиклом «Джекилл и Хайд», в котором Шин Сон Рок и Чхве Джэ Рим играют главную роль. Мюзикл Фрэнка Уайлдхорна отмечает 20-летие постановки в Корее, показы идут с 29 ноября 2024 года по 18 мая 2025 года в театре Blue Square в Сеуле.

Смотрите также: Популярные корейские дорамы, ставшие мюзиклами

Чхве Джэ Рим

GQ: «This is the Moment», — как спели бы вы со сцены. Как вы себя чувствуете? Это ваш первый опыт в этом мюзикле и остался месяц до премьеры.

Чхве Джэ Рим: Это действительно значимый момент. Я чувствую, что мое время не прошло впустую — я вырос, добился определенных успехов. Когда я исполняю эту арию на других площадках, она звучит совсем иначе, чем в самом мюзикле.

GQ: Что именно делает ее такой разной?

Чхве Джэ Рим: Раньше я подходил к этой арии исключительно с музыкальной точки зрения, учитывая структуру композиции и ее развитие. Но когда я спел ее в роли Джекилла, понял, что эта композиция является важной частью его поиска ответа на внутренние вопросы. Она отражает чувство облегчения, которое он испытывает, избавляясь от бремени ответственности. С каждым моментом исполнения моя уверенность растет, переходя в радость, пока не достигает ощущения дерзости. Режиссер посоветовал мне продолжать наращивать энергию во время исполнения. В этом спектакле я обнаружил новую версию этой арии, гораздо более мощную, чем та, которую я знал раньше.

GQ: Вы говорили, что хотите стать актером, который заставляет зрителей чувствовать, а не просто развлекает их.

Чхве Джэ Рим: Обычно я отказываюсь от подарков от фанатов, но с удовольствием принимаю письма. Мне нравятся буквы, написанные от руки. В этих письмах часто встречаются такие строки: «После вашего спектакля я осмелился сделать то, на что раньше не решался». Мне кажется, это похоже на то, что происходит, когда зритель погружается в историю персонажа и находит отклик в своей жизни. Если кто-то сможет применить даже малую часть увиденного на сцене в своей жизни, это будет замечательно.

GQ: Что нужно, чтобы заставить зрителей почувствовать что-то через свое искусство?

Чхве Джэ Рим: Во-первых, я должен хорошо выступать. Технически я должен отлично петь и играть. Моя задача — честно передавать характер персонажа на сцене. У каждого актера есть своя цель, но для меня важно рассказать мою собственную историю зрителям таким образом, чтобы они могли следовать ей шаг за шагом. Если я успешно справляюсь с этим, то надеюсь, что смогу оставить след в памяти зрителей. Лучше всего, когда зрители сопереживают персонажу, радуются вместе с ним или грустят. Главное — их внимание.

GQ: Удается ли вам взглянуть на себя со стороны?

Чхве Джэ Рим: Это довольно сложно. Боюсь, что иногда я просто погружаюсь в эмоции и теряю связь с реальностью. Чем больше стараешься отстраниться и наблюдать, тем более рациональной становится твоя работа. Трудно одновременно находиться внутри момента и контролировать технику исполнения. Так что я продолжаю искать баланс между этими двумя состояниями.

GQ: Сейчас, когда осталось меньше месяца до премьеры, насколько персонаж уже стал частью вас?

Чхве Джэ Рим: Думаю, около 75%. Еще много работы предстоит. Идеально было бы довести уровень подготовки до 92-93% перед первым выступлением, а затем достичь 100% в течение первых двух недель.

GQ: Как вы определяете свой процент готовности?

Чхве Джэ Рим: Когда я начинаю произносить реплики и двигаться естественно, это примерно 90%. Оставшиеся 10% — это моменты, когда я контролирую ситуацию инстинктивно, без сознательных усилий. Когда я достигаю уровня 90%, я точно знаю начало и конец каждой сцены, и мне легко управлять темпом. Затем я начинаю искать способы добавить больше нюансов и взаимодействовать с партнерами на сцене. Когда я достигну 97-98%, останется лишь довести все до совершенства на самой сцене.

GQ: Какой самый ценный актив у вас как у актера?

Чхве Джэ Рим: Мой голос.

GQ: Что произойдет, если однажды вы потеряете его?

Чхве Джэ Рим: Все будет кончено. Придется бросить актерство. (смеется)

GQ: Что бы вы хотели развить в себе как актер?

Чхве Джэ Рим: Хотел бы стать более эмоциональным. Я достаточно сдержанный человек. По-моему в последний раз я плакал, когда мне было восемь. Слезы почти не текут, сильных эмоций практически не испытываю. Даже фильмы или поэзия редко трогают меня до глубины души. Возможно, это связано с моим воспитанием — мой отец был военным, и мы часто переезжали. Я привык быстро адаптироваться к новым условиям, и у меня не было времени, чтобы копаться в собственных чувствах. Поэтому мне трудно исследовать глубокие эмоции моего внутреннего ребенка.

GQ: Вы пытаетесь заглянуть внутрь себя, найти эти скрытые эмоции?

Чхве Джэ Рим: Скорее, я жду подходящего момента. Говорят, что с возрастом эмоции выходят наружу, словно прорвавшаяся плотина. Интересно, случится ли это со мной. Надеюсь, что да, ведь я актер.

GQ: Когда вы в последний раз плакали?

Чхве Джэ Рим: Когда умерла бабушка. Я не плакал на похоронах, но вдруг расплакался, когда прощался с ней. Это было неожиданно, и я рыдал около тридцати секунд.

GQ: Как вы справляетесь со стрессом?

Чхве Джэ Рим: Я стараюсь игнорировать его. Сначала ощущение дискомфорта нарастает, потом приходит раздражение и усталость, а затем наступает фаза, когда я просто говорю себе: «Все равно ничего не изменится». Тогда я просто беру себя в руки и продолжаю двигаться вперед. Сейчас вся моя энергия сосредоточена на подготовке к «Джекиллу и Хайду».

GQ: Каким вы хотите запомнить своего Джекилла и Хайда?

Чхве Джэ Рим: Те, кто давно следит за моими выступлениями, наверняка уже примерно представляют, какими будут мои персонажи. Однако я хочу удивить их, показав что-то новое. Например, если они ожидают увидеть сильного и уверенного Джекилла, пусть будут удивлены его уязвимостью. Или если они ждут ужасающего Хайда, пусть увидят нечто еще более страшное. Конечно, я не собираюсь специально играть на контрастах, но надеюсь, что мой подход к этим ролям принесет что-то неожиданное. Хотя, скорее всего, все получится так, как они и ожидали. (смеется)

Шин Сон Рок

GQ: Это ваша вторая встреча с «Джекиллом и Хайдом». Что вы ощущаете, после нескольких лет снова возвращаясь к этому произведению?

Шин Сон Рок: «Джекилл и Хайд» — невероятно сложный спектакль. Здесь нужно использовать разные голоса, разные стили игры, и физическая нагрузка на протяжении всей постановки тоже огромна. Кажется, будто это испытание на выносливость. В первый раз я играл, вкладывая всю силу и эмоции, не понимая границ своих возможностей. Только спустя несколько месяцев я почувствовал, что у меня повреждены связки и устало тело. Теперь я понимаю, что нельзя полагаться только на грубую силу. Нужно рассчитывать свои силы и делать выбор, где стоит вложиться сильнее, а где можно немного отпустить. В прошлый раз я узнал, какой он, этот персонаж, и теперь играю более осознанно.

GQ: До премьеры остался месяц. На каком этапе вы сейчас находитесь в работе над ролью?

Шин Сон Рок: Каждая деталь важна. Нужно заострить каждую сцену, сгладить шероховатости и сделать все идеальным. Именно этим я сейчас занимаюсь.

GQ: Есть ли какие-то новые аспекты, которые вы хотите раскрыть в этой постановке, или, возможно, что-то, что хочется сделать по-другому?

Шин Сон Рок: Хотя Джекилл и Хайд — два разных характера, они оба являются частями одного человека. В прошлом я акцентировал разницу между ними через голос, но на этот раз хочу показать их различие через личности. Возможно, зрители все равно почувствуют сходство, но я думаю, что это интересно попробовать. Пока премьера не состоялась, я не принял окончательного решения, но это одна из идей, которую я рассматриваю.

GQ: Вы сказали, что эта постановка требует огромной отдачи. Откуда вы берете силы, чтобы справиться с такими нагрузками?

Шин Сон Рок: Репетиции и опыт. Я научился использовать свои ресурсы эффективно.

GQ: Не бывает ли так, что репетиции утомляют вас настолько, что вы перестаете чувствовать границы своих возможностей? Есть ли момент, когда вы понимаете, что достигли предела?

Шин Сон Рок: Мой организм подсказывает мне. Некоторые сцены настолько глубоко вошли в мышечную память, что кажутся легкими. Это результат долгих репетиций, когда я воссоздавал условия реального выступления. Если репетировать так, как будто это настоящее выступление, тело само начинает реагировать естественно.

GQ: Несмотря на ваш богатый опыт, вы все еще волнуетесь перед премьерой?

Шин Сон Рок: Да, волнуюсь. Но я научился получать удовольствие от этого напряжения. Когда я сильно нервничаю, моя концентрация возрастает. Единственный способ преодолеть страх — это полностью погрузиться в образ персонажа.

GQ: Таким образом, тревога помогает вам стать тем, кем вы должны быть на сцене.

Шин Сон Рок: Именно так. Я волнуюсь потому, что я — Шин Сон Рок, и я беспокоюсь о том, как меня воспримет публика. Но когда я сосредотачиваюсь на персонаже, я исчезаю как личность, и остается только Джекилл или Хайд.

GQ: Значит, напряжение — важная составляющая вашей работы?

Шин Сон Рок: Наверное, да. Просто я никогда не задумывался об этом.

GQ: Что вы чувствуете, когда полностью растворяетесь в образе?

Шин Сон Рок: Просто исчезаю. Никаких мыслей, никакого самосознания. Иногда после окончания спектакля я даже не помню, что делал на сцене.

GQ: Обычно в такие моменты ваша игра получается особенно удачной?

Шин Сон Рок: Чаще всего да. Когда я полностью погружен в процесс, реакция публики всегда положительная. Но если я начинаю думать о следующем тексте или движении, моя связь с партнером нарушается. Поэтому я стараюсь создать такие условия, чтобы все происходило естественно. Каждый спектакль уникален, и каждый приносит что-то новое.

GQ: Чтобы сохранить живую энергию на сцене, вы делаете что-то особенное?

Шин Сон Рок: Самое важное — концентрироваться на партнере. Настоящая химия возникает тогда, когда вы полностью поглощены друг другом. Это невозможно подделать или повторить. Когда я фокусируюсь на глазах партнера, это вдохновляет меня на новые идеи.

GQ: Что именно вы видите в глазах партнера?

Шин Сон Рок: Его энергию.

GQ: Во время фотосессии для этого интервью вы были в белой футболке, и вам предложили выбрать, какого персонажа вы представляете — Джекилла или Хайда. Что вы выбрали?

Шин Сон Рок: Сначала я решил сыграть Джекилла, но потом понял, что это скучно. В итоге я смешал оба образа. (смеется)

GQ: Вы работали с режиссером Дэвидом Суоном не только над «Джекиллом и Хайдом», но и над «Дракулой». Какое впечатление он на вас произвел?

Шин Сон Рок: Он потрясающий режиссер. Очень профессионален и внимателен к деталям. Он всегда ищет, что можно улучшить, и указывает на ошибки. Это помогает мне расти как актеру. Конечно, иногда у нас бывают разногласия, но в конечном счете я доверяю его видению. Ведь он видит картину целиком, а я — только свою роль.

GQ: Вы принимаете его критику спокойно?

Шин Сон Рок: В основном да. Раньше я мог возражать, но теперь понимаю, что лучший способ доказать свою правоту — это показать это на сцене. Споры словами бесполезны. Важно, чтобы наши совместные усилия привели к лучшему результату.

GQ: Осталось чуть больше месяца до премьеры. Вы надеетесь услышать от режиссера, что ваше выступление было идеальным?

Шин Сон Рок: Может быть, но он не всегда говорит такие вещи. (смеется) Но наша главная цель — порадовать публику. В прошлый раз из-за пандемии мы не могли видеть лица зрителей и слышать их реакцию. На этот раз я хочу ощутить их энергию и убедиться, что мы наслаждаемся этим моментом вместе.

Bigbaraboomary © YesAsia.ru